ГЕРОЙ БЕЗ МЕДАЛИ
Как пленный хирург обманул СС и спас тысячи жизней
Имя Георгия Федоровича Синякова долгие годы было предано забвению. Он не носил Звезду Героя на груди, хотя его подвиг, совершенный в сердце вражеского тыла, достоин сюжета для голливудского блокбастера. Этот человек, будучи узником концлагеря, сумел организовать один из самых дерзких и массовых каналов спасения в истории войны.
ВРАЧ ЗА КОЛЮЧЕЙ ПРОВОЛОКОЙ
Военный путь хирурга Синякова оборвался в первые месяцы войны, когда он попал в окружение, а затем в плен под Киевом. Пройдя ад лагерей Борисполя и Дарницы, в 1942 году он оказался в шталаге III-C под Кюстрином (ныне — территория Польши).
Немцы быстро поняли, что у русского пленного «золотые руки». Ему доверили лазарет. Нагрузка была запредельной: по пять-шесть операций в день и десятки перевязок. Слава о чудо-докторе быстро перешагнула лагерный забор: к нему начали привозить на лечение и офицеров вермахта, и местных бюргеров.
Поворотным моментом стал случай, когда Георгий спас сына одного из эсэсовских надзирателей, который подавился костью и задыхался. Благодарность врага обернулась для доктора привилегией: свободным передвижением по лагерю и усиленным пайком.
Однако эту свободу и еду Синяков использовал не для себя.
КОНВЕЙЕР СМЕРТИ
Получив доверие администрации, Георгий возглавил лагерное подполье. Он разработал гениальную схему побега, основанную на… смерти.
С помощью специальных препаратов и мазей доктор имитировал у больных пленных признаки летального исхода или тяжелой агонии. Немцы, боявшиеся заразы, не проверяли «трупы» слишком тщательно. Синяков констатировал смерть, после чего тело вывозили за территорию и сбрасывали в ров.
Как только охрана уезжала, «мертвецы» оживали и уходили в лес к партизанам.
Именно так хирург спас прославленную летчицу, Героя Советского Союза Анну Егорову. Сбитая и обгоревшая, она попала в плен, где её готовили к показательной казни. Синяков сумел «спрятать» её среди больных, вылечил, а затем инсценировал её смерть и организовал побег.
Любой прокол в этой схеме означал мгновенный расстрел для самого врача, но конвейер продолжал работать 247. По некоторым оценкам, благодаря этой тактике стены лагеря покинуло сотни, а возможно и тысячи человек (цифра 3000, фигурирующая в источниках, относится к общему числу спасенных им, включая вылеченных).
СКРОМНОСТЬ ГЕРОЯ
В 1945 году, когда наши танки прорвали оборону Кюстрина, Георгий Синяков снова встал к операционному столу — теперь уже в полевом госпитале Красной Армии. Только за первые сутки свободы он спас около 70 наших танкистов.
После войны он вернулся в Челябинск и заведовал отделением городской больницы. О своем прошлом он молчал — клеймо «был в плену» в те годы могло стоить свободы.
Правда вскрылась только в 1961 году, когда «Литературная газета» опубликовала очерк спасенной им летчицы Анны Егоровой-Тимофеевой. Она рассказала миру о «чудесном русском докторе».
В Москву посыпались письма от других спасенных узников. Хрущев даже пригласил Синякова в Кремль. Группа генералов ходатайствовала о присвоении ему звания Героя Советского Союза. Но бюрократическая машина оказалась сильнее: «пятно» плена не позволило дать высшую награду.
Георгий Федорович так и остался для официальной истории просто хорошим врачом. Но для трех тысяч человек, которым он подарил вторую жизнь, он был святым.
Спасибо, что дочитали! Помните о героях!
Поделитесь записью с друзьями
Посмотреть ещё 5 фотографий
Снежинки, квиллинг
Посмотреть ещё 4 фотографии
Если руки выросли с того места, а не как под постом ниже, то можно сделать все!
Следующая запись: Загадка обуви Золушки
Лучшие публикации